Thursday, August 25, 2005
КРАТКИЙ КОММЕНТАРИЙ К ПРОЕКТУ ЗАКОНА РК
«О НЕПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫХ ОРГАНИЗАЦИЯХ»
International Center for Not-For-Profit Law
Международный Центр Некоммерческого Права
Настоящий комментарий подготовлен Международным Центром Некоммерческого Права (МЦНП) в рамках программы Каунтерпарт Консорциум при финансовой поддержке Агентства по международному развитию США.
Проект Закона о неправительственных организациях (Законопроект), подготовленный Министерством культуры, информации и общественного согласия РК, ухудшит правовое регулирование деятельности некоммерческих организаций в Казахстане, так как:
(1) затруднит применение действующего законодательства о некоммерческих организациях из-за введения нового не нужного понятия «Неправительственная организация», в дополнение к имеющемуся в законодательстве (ГК РК и законе о некоммерческих организациях) понятию «Некоммерческая организация». Так как законопроект не содержит порядка наделения организаций статусом «неправительственных» и в то же время содержит ряд дополнительных требований для НПО, на практике, государственный чиновник может в любое время объявить любую некоммерческую организацию «неправительственной» и предъявить к ней такие дополнительные требования или наложить наказание за их не выполнение.
(2) создаст новые проблемы для некоммерческих организаций и для самого государства, так как ограничивает государственную поддержку только не определенной в Законопроекте «общественно полезной деятельностью» организаций с неопределенным статусом «НПО». На практике, государственное должностное лицо сможет субъективно решать, кого назвать «НПО», что считать «общественно полезной деятельностью» и, в результате, кому оказывать государственную поддержку, что может привести к злоупотреблениям в системе государственной поддержки НПО или же невозможности получения такой поддержки некоммерческими организациями.
(3) создаст проблемы для иностранных некоммерческих организаций, осуществляющих деятельность на территории РК. Законопроект ограничивает организационные формы для деятельности иностранных НПО на территории РК только созданием представительства и/или филиала, тогда как коммерческие иностранные организации могут действовать также через своих представителей и агентов. Такое ограничение прав иностранных некоммерческих организаций может привести к тому, что деятельность таких организаций в Казахстане, осуществляемая через представителей или агентов будет считаться незаконной со всеми вытекающими последствиями для таких организаций (как то, лишение средств, предоставленных казахстанским некоммерческим организациям, статуса гранта и соответствующих налоговых льгот, и т. п.).
(4) При определении «НПО» Законопроект использует такие понятия как «политическая цель» и «религиозная цель». Казахстанское законодательство уже регулирует деятельность, которая имеет политическую или религиозную направленность, в Законах «О политических партиях» и «О свободе вероисповедания и религиозных объединениях». Эти законы предусматривают специальные организационные формы юридических лиц для совместной реализации гражданами права на свободу вероисповедания и на представление их интересов в государственных структурах управления и также в формировании таких государственных структур. Если целью введения указанных понятий в Законопроект было исключение этих конкретных организаций из определения НПО, тогда было бы проще указать в Законопроекте, что эти организации исключены из перечня организационно-правовых форм, в которых могут создаваться НПО. Без указания на вышеуказанные законы в Законопроекте отсутствует надлежащее определение того, что понимается под политическими и религиозными целями. Неясность используемого Законопроектом определения или отсутствие четкого указания на действующее законодательство РК неизбежно приведет к злоупотреблениям в случае принятия Закона в нынешней редакции. Это позволит государственным чиновникам широко толковать, что понимается под деятельностью преследующей политические и религиозные цели, и объявить, например, что правозащитные организации или организации, занимающиеся мониторингом порядка проведения выборов, не являются НПО. Из Законопроекта неясно, какие последствия для некоммерческих организаций может иметь такой отказ в признании за ними статуса «НПО».
По мнению МЦНП, нет никакой необходимости в принятии Законопроекта. МЦНП не видит возможности в его доработке, поскольку он не направлен на разрешение каких-либо проблем в действующем законодательстве РК. Если намерением разработчиков Законопроекта является совершенствование законодательства, как это указано в проекте Пояснительной записки к Законопроекту, то МЦНП готов предложить свои услуги по анализу казахстанского законодательства, выявлению имеющихся пробелов и противоречий, а также представить предложения по возможным путям совершенствования Казахстанского законодательства.
«О НЕПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫХ ОРГАНИЗАЦИЯХ»
International Center for Not-For-Profit Law
Международный Центр Некоммерческого Права
Настоящий комментарий подготовлен Международным Центром Некоммерческого Права (МЦНП) в рамках программы Каунтерпарт Консорциум при финансовой поддержке Агентства по международному развитию США.
Проект Закона о неправительственных организациях (Законопроект), подготовленный Министерством культуры, информации и общественного согласия РК, ухудшит правовое регулирование деятельности некоммерческих организаций в Казахстане, так как:
(1) затруднит применение действующего законодательства о некоммерческих организациях из-за введения нового не нужного понятия «Неправительственная организация», в дополнение к имеющемуся в законодательстве (ГК РК и законе о некоммерческих организациях) понятию «Некоммерческая организация». Так как законопроект не содержит порядка наделения организаций статусом «неправительственных» и в то же время содержит ряд дополнительных требований для НПО, на практике, государственный чиновник может в любое время объявить любую некоммерческую организацию «неправительственной» и предъявить к ней такие дополнительные требования или наложить наказание за их не выполнение.
(2) создаст новые проблемы для некоммерческих организаций и для самого государства, так как ограничивает государственную поддержку только не определенной в Законопроекте «общественно полезной деятельностью» организаций с неопределенным статусом «НПО». На практике, государственное должностное лицо сможет субъективно решать, кого назвать «НПО», что считать «общественно полезной деятельностью» и, в результате, кому оказывать государственную поддержку, что может привести к злоупотреблениям в системе государственной поддержки НПО или же невозможности получения такой поддержки некоммерческими организациями.
(3) создаст проблемы для иностранных некоммерческих организаций, осуществляющих деятельность на территории РК. Законопроект ограничивает организационные формы для деятельности иностранных НПО на территории РК только созданием представительства и/или филиала, тогда как коммерческие иностранные организации могут действовать также через своих представителей и агентов. Такое ограничение прав иностранных некоммерческих организаций может привести к тому, что деятельность таких организаций в Казахстане, осуществляемая через представителей или агентов будет считаться незаконной со всеми вытекающими последствиями для таких организаций (как то, лишение средств, предоставленных казахстанским некоммерческим организациям, статуса гранта и соответствующих налоговых льгот, и т. п.).
(4) При определении «НПО» Законопроект использует такие понятия как «политическая цель» и «религиозная цель». Казахстанское законодательство уже регулирует деятельность, которая имеет политическую или религиозную направленность, в Законах «О политических партиях» и «О свободе вероисповедания и религиозных объединениях». Эти законы предусматривают специальные организационные формы юридических лиц для совместной реализации гражданами права на свободу вероисповедания и на представление их интересов в государственных структурах управления и также в формировании таких государственных структур. Если целью введения указанных понятий в Законопроект было исключение этих конкретных организаций из определения НПО, тогда было бы проще указать в Законопроекте, что эти организации исключены из перечня организационно-правовых форм, в которых могут создаваться НПО. Без указания на вышеуказанные законы в Законопроекте отсутствует надлежащее определение того, что понимается под политическими и религиозными целями. Неясность используемого Законопроектом определения или отсутствие четкого указания на действующее законодательство РК неизбежно приведет к злоупотреблениям в случае принятия Закона в нынешней редакции. Это позволит государственным чиновникам широко толковать, что понимается под деятельностью преследующей политические и религиозные цели, и объявить, например, что правозащитные организации или организации, занимающиеся мониторингом порядка проведения выборов, не являются НПО. Из Законопроекта неясно, какие последствия для некоммерческих организаций может иметь такой отказ в признании за ними статуса «НПО».
По мнению МЦНП, нет никакой необходимости в принятии Законопроекта. МЦНП не видит возможности в его доработке, поскольку он не направлен на разрешение каких-либо проблем в действующем законодательстве РК. Если намерением разработчиков Законопроекта является совершенствование законодательства, как это указано в проекте Пояснительной записки к Законопроекту, то МЦНП готов предложить свои услуги по анализу казахстанского законодательства, выявлению имеющихся пробелов и противоречий, а также представить предложения по возможным путям совершенствования Казахстанского законодательства.
Thursday, August 18, 2005
БУДЕТ ЛИ ЭКСТРАДИРОВАН В УЗБЕКИСТАН МАННОБЖОН РАХМАТУЛЛАЕВ?
Виталий ПОНОМАРЕВ,
директор Программы мониторинга
прав человека в Центральной Азии,
Правозащитный Центр «Мемориал»
Маннобжон Рахматуллаев более 6 месяцев содержится в СИЗО-1 российского города Саратова, ожидая экстрадиции в Узбекистан, повторный запрос о которой был направлен в Москву 29 ноября 2002 г.
Как ранее сообщал ПЦ «Мемориал» гражданин Узбекистана Рахматуллаев, с 1996 г. постоянно проживавший в России, работал имамом городской мечети в г.Маркс Саратовской области. 19 августа 2002 г. Генеральная прокуратуру Узбекистана направила запрос о его экстрадиции на основании того, что в 1992 г. он якобы выехал в хадж с нарушением принятого в Узбекистане порядка (ст.223 УК РУ «Незаконный переход границы»).
2 октября 2002 г. Рахматуллаев был задержан правоохранительными органами РФ по месту постоянного жительства. 16 октября Генеральная прокуратура РФ санкционировала его выдачу в Узбекистан, однако адвокат Рустам Хаметов обжаловал это решение в областном суде. 26 ноября Саратовский областной суд принял решение об освобождении Рахматуллаева из-под стражи в связи с истечением срока давности. Однако сразу после вынесения приговора имам был задержан в здании суда и вновь помещен в СИЗО. Через три дня из Узбекистана поступил новый запрос об экстрадиции Рахматуллаева, согласно которому 20 ноября 2002 г. он был объявлен в розыск по ст.159 ч.3 п.«б» и 248 ч.3 УК РУ.
Вина Рахматуллаева, согласно материалам Генеральной прокуратуры РУ, состоит в том, что он «в начале 1990 года, находясь на территории Андижанской области, активно участвовал в преступной деятельности сторонников религиозно-экстремистского течения, и в интересах организованной группы, с целью создания государства в форме «Халифат» на территории Узбекистана публично призывал к неконституционному изменению существующего государственного строя и захвату власти.
Кроме того, Рахматуллаев М. в ноябре 1997 года незаконно сбыл своему брату Алимову А.Р. незаконно хранящиеся у себя дома по адресу: Республика Узбекистан, Андижанская область, Ходжаабадский район, село Кулла, улица Таджик, дом 58 незаконно приобретенные им у неустановленного лица 12 патронов калибра 9 мм и унифицированный запал ручной гранаты марки «УЗРГМ-2», которые 04.05.2001 г. были обнаружены и изъяты… при обыске у гражданина Алимова А.Р.».
Виталий ПОНОМАРЕВ,
директор Программы мониторинга
прав человека в Центральной Азии,
Правозащитный Центр «Мемориал»
Маннобжон Рахматуллаев более 6 месяцев содержится в СИЗО-1 российского города Саратова, ожидая экстрадиции в Узбекистан, повторный запрос о которой был направлен в Москву 29 ноября 2002 г.
Как ранее сообщал ПЦ «Мемориал» гражданин Узбекистана Рахматуллаев, с 1996 г. постоянно проживавший в России, работал имамом городской мечети в г.Маркс Саратовской области. 19 августа 2002 г. Генеральная прокуратуру Узбекистана направила запрос о его экстрадиции на основании того, что в 1992 г. он якобы выехал в хадж с нарушением принятого в Узбекистане порядка (ст.223 УК РУ «Незаконный переход границы»).
2 октября 2002 г. Рахматуллаев был задержан правоохранительными органами РФ по месту постоянного жительства. 16 октября Генеральная прокуратура РФ санкционировала его выдачу в Узбекистан, однако адвокат Рустам Хаметов обжаловал это решение в областном суде. 26 ноября Саратовский областной суд принял решение об освобождении Рахматуллаева из-под стражи в связи с истечением срока давности. Однако сразу после вынесения приговора имам был задержан в здании суда и вновь помещен в СИЗО. Через три дня из Узбекистана поступил новый запрос об экстрадиции Рахматуллаева, согласно которому 20 ноября 2002 г. он был объявлен в розыск по ст.159 ч.3 п.«б» и 248 ч.3 УК РУ.
Вина Рахматуллаева, согласно материалам Генеральной прокуратуры РУ, состоит в том, что он «в начале 1990 года, находясь на территории Андижанской области, активно участвовал в преступной деятельности сторонников религиозно-экстремистского течения, и в интересах организованной группы, с целью создания государства в форме «Халифат» на территории Узбекистана публично призывал к неконституционному изменению существующего государственного строя и захвату власти.
Кроме того, Рахматуллаев М. в ноябре 1997 года незаконно сбыл своему брату Алимову А.Р. незаконно хранящиеся у себя дома по адресу: Республика Узбекистан, Андижанская область, Ходжаабадский район, село Кулла, улица Таджик, дом 58 незаконно приобретенные им у неустановленного лица 12 патронов калибра 9 мм и унифицированный запал ручной гранаты марки «УЗРГМ-2», которые 04.05.2001 г. были обнаружены и изъяты… при обыске у гражданина Алимова А.Р.».
Saturday, August 13, 2005
ОСВОБОЖДЕНИЕ ФАРИДА ТУХБАТУЛЛИНА
Виталий ПОНОМАРЕВ,
директор Программы мониторинга прав человека в Центральной Азии
2 апреля 2003 г. в Ашхабаде в соответствии с указом президента Ниязова был освобожден из СИЗО Министерства национальной безопасности активист экологического клуба из Дашогуза Фарид Тухбатуллин.
Указ о помиловании Тухбатуллина был подписан 1 апреля 2003 г. По некоторым данным, указ был подготовлен в связи с намеченным на 2 апреля брифингом о ситуации в Туркменистане, организованном правозащитными организациями в Женеве в период работы 59-ой сессии Комиссии ООН по правам человека. К этому времени проект резолюции о ситуации в Туркменистане уже был предложен на рассмотрение комиссии.О содержании ниязовского указа стало известно в тот же день из вечернего выпуска информационной программы туркменского ТВ "Ватан". На следующий день туркменские газеты опубликовали текст указа и заявления Тухбатуллина о раскаянии и признании им своей вины.
По достоверным данным, т.н. "заявление Тухбатуллина" было написано сотрудниками МНБ и утверждено руководством этого ведомства за сутки до его освобождения. Эколог вынужден был подписать документ после угроз следователя, что при отказе от "раскаяния" он не выйдет на свободу ни сейчас, ни в ходе последующих амнистий, ни даже после окончания срока. "Раскаяние" Тухбатуллина было трижды записано на видео агентами спецслужб, при этом его заставили поклясться в отказе от "преступных помыслов" на хлебе, Коране и "Рухнама".
Около 19 час. 30 мин. 2 апреля Тухбатуллин был освобожден. 4 апреля в канцелярии суда ему был возвращен паспорт, и на следующий день он вылетел домой в Дашогуз. В настоящее время ему запрещено покидать территорию страны.
Вот что сообщает о реакции на освобождение Тухбатуллина один из его знакомых в Дашогузе:
"Несмотря на подозрительность и страх, царящие в туркменском обществе, известие об освобождении Фарида обрадовало многих - и тех, кто знал его лично, и тех, кто был знаком с его родителями, братьями, соседями, друзьями и т.д. Сразу после выхода в эфир программы "Ватан" телефон родителей звонил беспрестанно. Звонившие, даже зная, что телефон прослушивается, не боялись открыто выражать свою радость, спрашивали, будет ли садака, где можно будет лично поздравить Фарида. Все понимали, что его освобождение – результат давления правозащитных организаций и ОБСЕ".
Действительно, международное сообщество прилагало значительные усилия, чтобы добиться от туркменских властей освобождения Тухбатуллина. Специальные заявления Госдепартамента США и ОБСЕ, письма экологических и правозащитных организаций, пикеты под лозунгами "Свободу Фариду", многочисленные публикации зарубежных СМИ и передачи Радио "Свобода"… - все это дало свои результаты.
3 марта Ниязов, встретившись с действующим председателем ОБСЕ Яап де Хооп Схеффером, вынужден был пообещать освободить активиста гражданского общества. Тем не менее, на следующий день Ашхабадский городской суд приговорил Тухбатуллина к 3 годам лишения свободы с отбытием наказания в колонии общего режима.
Как уже сообщалось, суд проходил фактически в закрытом порядке. Друзья Тухбатуллина, представители посольств США, Великобритании и миссии ОБСЕ на процесс допущены не были. Судья отклонил все ходатайства подсудимого и его адвоката: о приглашении свидетелей, о проведении очной ставки с Борисом Шихмурадовым, давшего показания о конференции 3-4 ноября, о приобщении к делу письменных заявлений участников этой конференции, о заслушивании аудиозаписи выступления на ней Авды Кулиева и др. И в ходе следствия, и на суде Тухбатуллин заявлял о своей полной невиновности, но приговор был предрешен заранее. Примечательно, что вплоть до сегодняшнего дня осужденный и его адвокат не имеют на руках копии приговора суда.
Стоит напомнить, что с середины января МНБ без объяснения причин отказывало в разрешении на свидания Тухбатуллина с адвокатом и родственниками. Протесты, поданные адвокатом Тимуром Мисрихановым 21, 26 января и 28 марта в Генеральную прокуратуру, остались без ответа. Передачу разрешили лишь 18 марта. Письма родителей в различные инстанции также оставались без ответа.
11 марта адвокат Мисриханов в кассационном порядке опротестовал приговор суда как необоснованный и ходатайствовал об оправдании Тухбатуллина. Однако дата рассмотрения кассации Верховным Судом назначена не была. Осужденному не дали ознакомиться с текстом кассационной жалобы, поданной адвокатом.
Тухбатуллин, лишенный права доступа к адвокату, написал письмо на имя президента страны, в котором отрицал свою вину и просил направить дело на доследование.
То, что дело эколога носило сфабрикованный характер, было очевидно с самого начала. Десятки людей могут засвидетельствовать, что на конференции 3-4 ноября 2002 г. в Подмосковье никто из участников не излагал никаких планов "готовившегося террористического акта".
К сожалению, уже после освобождения Тухбатуллина на эмигрантском сайте "Гундогар" появилась статья, подписанная псевдонимом Арслан Мамедов, автор которой утверждает, что эколог был осужден ниязовским судом якобы "вполне обоснованно". В качестве "доказательства" он ссылался даже на "покаянное письмо" Тухбатуллина, опубликованное в официальной туркменской прессе.
Не будем сейчас спорить с А. Мамедовым и ему подобными - Бог им судья. Главное, что благодаря усилиям всех своих друзей и коллег Фарид снова на свободе!
ИСТОЧНИК:
Центр экстремальной журналистики Союза журналистов России
Виталий ПОНОМАРЕВ,
директор Программы мониторинга прав человека в Центральной Азии
2 апреля 2003 г. в Ашхабаде в соответствии с указом президента Ниязова был освобожден из СИЗО Министерства национальной безопасности активист экологического клуба из Дашогуза Фарид Тухбатуллин.
Указ о помиловании Тухбатуллина был подписан 1 апреля 2003 г. По некоторым данным, указ был подготовлен в связи с намеченным на 2 апреля брифингом о ситуации в Туркменистане, организованном правозащитными организациями в Женеве в период работы 59-ой сессии Комиссии ООН по правам человека. К этому времени проект резолюции о ситуации в Туркменистане уже был предложен на рассмотрение комиссии.О содержании ниязовского указа стало известно в тот же день из вечернего выпуска информационной программы туркменского ТВ "Ватан". На следующий день туркменские газеты опубликовали текст указа и заявления Тухбатуллина о раскаянии и признании им своей вины.
По достоверным данным, т.н. "заявление Тухбатуллина" было написано сотрудниками МНБ и утверждено руководством этого ведомства за сутки до его освобождения. Эколог вынужден был подписать документ после угроз следователя, что при отказе от "раскаяния" он не выйдет на свободу ни сейчас, ни в ходе последующих амнистий, ни даже после окончания срока. "Раскаяние" Тухбатуллина было трижды записано на видео агентами спецслужб, при этом его заставили поклясться в отказе от "преступных помыслов" на хлебе, Коране и "Рухнама".
Около 19 час. 30 мин. 2 апреля Тухбатуллин был освобожден. 4 апреля в канцелярии суда ему был возвращен паспорт, и на следующий день он вылетел домой в Дашогуз. В настоящее время ему запрещено покидать территорию страны.
Вот что сообщает о реакции на освобождение Тухбатуллина один из его знакомых в Дашогузе:
"Несмотря на подозрительность и страх, царящие в туркменском обществе, известие об освобождении Фарида обрадовало многих - и тех, кто знал его лично, и тех, кто был знаком с его родителями, братьями, соседями, друзьями и т.д. Сразу после выхода в эфир программы "Ватан" телефон родителей звонил беспрестанно. Звонившие, даже зная, что телефон прослушивается, не боялись открыто выражать свою радость, спрашивали, будет ли садака, где можно будет лично поздравить Фарида. Все понимали, что его освобождение – результат давления правозащитных организаций и ОБСЕ".
Действительно, международное сообщество прилагало значительные усилия, чтобы добиться от туркменских властей освобождения Тухбатуллина. Специальные заявления Госдепартамента США и ОБСЕ, письма экологических и правозащитных организаций, пикеты под лозунгами "Свободу Фариду", многочисленные публикации зарубежных СМИ и передачи Радио "Свобода"… - все это дало свои результаты.
3 марта Ниязов, встретившись с действующим председателем ОБСЕ Яап де Хооп Схеффером, вынужден был пообещать освободить активиста гражданского общества. Тем не менее, на следующий день Ашхабадский городской суд приговорил Тухбатуллина к 3 годам лишения свободы с отбытием наказания в колонии общего режима.
Как уже сообщалось, суд проходил фактически в закрытом порядке. Друзья Тухбатуллина, представители посольств США, Великобритании и миссии ОБСЕ на процесс допущены не были. Судья отклонил все ходатайства подсудимого и его адвоката: о приглашении свидетелей, о проведении очной ставки с Борисом Шихмурадовым, давшего показания о конференции 3-4 ноября, о приобщении к делу письменных заявлений участников этой конференции, о заслушивании аудиозаписи выступления на ней Авды Кулиева и др. И в ходе следствия, и на суде Тухбатуллин заявлял о своей полной невиновности, но приговор был предрешен заранее. Примечательно, что вплоть до сегодняшнего дня осужденный и его адвокат не имеют на руках копии приговора суда.
Стоит напомнить, что с середины января МНБ без объяснения причин отказывало в разрешении на свидания Тухбатуллина с адвокатом и родственниками. Протесты, поданные адвокатом Тимуром Мисрихановым 21, 26 января и 28 марта в Генеральную прокуратуру, остались без ответа. Передачу разрешили лишь 18 марта. Письма родителей в различные инстанции также оставались без ответа.
11 марта адвокат Мисриханов в кассационном порядке опротестовал приговор суда как необоснованный и ходатайствовал об оправдании Тухбатуллина. Однако дата рассмотрения кассации Верховным Судом назначена не была. Осужденному не дали ознакомиться с текстом кассационной жалобы, поданной адвокатом.
Тухбатуллин, лишенный права доступа к адвокату, написал письмо на имя президента страны, в котором отрицал свою вину и просил направить дело на доследование.
То, что дело эколога носило сфабрикованный характер, было очевидно с самого начала. Десятки людей могут засвидетельствовать, что на конференции 3-4 ноября 2002 г. в Подмосковье никто из участников не излагал никаких планов "готовившегося террористического акта".
К сожалению, уже после освобождения Тухбатуллина на эмигрантском сайте "Гундогар" появилась статья, подписанная псевдонимом Арслан Мамедов, автор которой утверждает, что эколог был осужден ниязовским судом якобы "вполне обоснованно". В качестве "доказательства" он ссылался даже на "покаянное письмо" Тухбатуллина, опубликованное в официальной туркменской прессе.
Не будем сейчас спорить с А. Мамедовым и ему подобными - Бог им судья. Главное, что благодаря усилиям всех своих друзей и коллег Фарид снова на свободе!
ИСТОЧНИК:
Центр экстремальной журналистики Союза журналистов России
Tuesday, August 09, 2005
САПАРМУРАТ ТУРКМЕНБАШИ ПОМИЛОВАЛ ФАРИДА ТУХБАТУЛЛИНА
Сегодня опубликован указ президента Туркменистана Сапармурата Ниязова о помиловании Фарида Тухбатуллина, осужденного 4 марта текущего года Ашхабадским городским судом к трем годам лишения свободы "за незаконное пересечение государственной границы и несообщение о готовящемся особо тяжком преступлении – террористическом акте".
Как указано в документе, данное решение принято, "основываясь на принципах гуманизма, человеколюбия и справедливости, следуя нормам и принципам международного права, признанным ООН и ОБСЕ, членом которых является Туркменистан, а также учитывая чистосердечное признание Фаридом Тухбатуллиным своей вины и глубокое раскаяние в содеянном".
Публикуется и обращение Тухбатуллина к президенту с просьбой о помиловании. В нем он признает, что знал о готовящемся преступлении - покушении на главу государства - и не сообщил об этом компетентным органам Туркменистана. Фарид Тухбатуллин глубоко сожалеет по поводу содеянного и осуждает участников террористического акта, имевшего место 25 ноября 2002 года в туркменской столице.
В настоящее время Фарид Тухбатуллин уже освобожден из-под стражи, передает ашхабадский корреспондент Turkmenistan.Ru.
ИСТОЧНИК:
www.turkmenistan.ru
Сегодня опубликован указ президента Туркменистана Сапармурата Ниязова о помиловании Фарида Тухбатуллина, осужденного 4 марта текущего года Ашхабадским городским судом к трем годам лишения свободы "за незаконное пересечение государственной границы и несообщение о готовящемся особо тяжком преступлении – террористическом акте".
Как указано в документе, данное решение принято, "основываясь на принципах гуманизма, человеколюбия и справедливости, следуя нормам и принципам международного права, признанным ООН и ОБСЕ, членом которых является Туркменистан, а также учитывая чистосердечное признание Фаридом Тухбатуллиным своей вины и глубокое раскаяние в содеянном".
Публикуется и обращение Тухбатуллина к президенту с просьбой о помиловании. В нем он признает, что знал о готовящемся преступлении - покушении на главу государства - и не сообщил об этом компетентным органам Туркменистана. Фарид Тухбатуллин глубоко сожалеет по поводу содеянного и осуждает участников террористического акта, имевшего место 25 ноября 2002 года в туркменской столице.
В настоящее время Фарид Тухбатуллин уже освобожден из-под стражи, передает ашхабадский корреспондент Turkmenistan.Ru.
ИСТОЧНИК:
www.turkmenistan.ru
